Исследование на тему:
Владимир
Путин как персонаж народного фольклора.
Первый указ
Путина после инаугурации: «Запретить анекдоты о Вовочке».
Скажу
сразу: Путин-человек мне не интересен, Путин-политик – тем более. Моя цель –
Путин-персонаж. Ведь героем анекдотов ВВП стал раньше, чем президентом. А
именно – 99 году, когда Ельцин назначил его своим заместителем. Народ к тому
времени устал от Бориса Николаевича, да и сам первый президент по состоянию
здоровья уже не мог управлять Государством. Отражение этой ситуации мы находим
в анекдотах того времени.
Вот,
например:
– Чем Ельцин отличается от Ленина?
– Капельницей.
***
Президент Ельцин после длительного
лечения вернулся к прежнему образу жизни – впал в кому.
Путин
появляется в анекдотах о Ельцине в неожиданном амплуа:
Ельцин решил прибраться в своем кабинете
и среди гор хлама нашел лампу, потер ее… и вдруг – р-р-аз! – в дверь стучат.
Громко так.
Ельцин (испуганно):
– Войдите.
Дверь открывается, заглядывает Путин:
– Вызывали?
Или
похожий вариант, более подробный:
Как-то раз Ельцин купил на рынке
волшебную лампу, потер ее – и ничего. Еще потер – и снова ничего. Весь день тер,
как дурак – но ничего так и не произошло. Тьфу, думает, обманули гады. Значит
правду говорят, что чудес не бывает! Разозлился президент и уже хотел выкинуть
лампу, как вдруг раздается стук в дверь, заходит Путин и говорит:
– Извините, я был занят. Вы что-то
хотели?
Здесь
мы видим, как в двух коротких историях выражается отношение народа к персоне
президента в конце 90-х годов. Ельцин выглядит немощным недотепой, уповающим
лишь на чудо, Путин же, напротив, джинн, всегда занятый делом, готовый
действовать. Бессилие (в том числе физическое) первого президента России выгодно
оттеняло достоинства Путина, и многие байки того времени построены именно на
контрасте: Ельцин – немощный и жалкий; Путин – логичный и остроумный.
Ельцин:
– Стар я стал, понимаиш-ш-ш, даже Россию
на этом глобусе найти не могу.
Путин:
– Это арбуз.
***
Ельцин:
– Володя, скажи, когда я уйду, ты будешь
по мне скучать?
Путин:
– А давайте проверим!
***
Вчера Борис Николаевич Ельцин весь день
проработал с документами: он еще раз пересмотрел свой паспорт, военный билет и
свидетельство о рождении.
Казалось
бы, в такой ситуации обязательно должны появиться анекдоты, в которых
претендент на трон стремится убить правителя. Но Путин ухитрился избежать
подобных насмешек; вероятно потому, что ему не нужно было бороться за место
номер один – все и так было ясно. В самом деле: зачем марать руки, убивая
старого, больного льва? Ведь можно просто дождаться, пока он сам умрет. В 99-м
все понимали, что Ельцину недолго осталось «греться у кремлевского костра» –
поэтому и нужды добивать его в анекдотах не возникало. А вот выставить дураком
– это пожалуйста:
Встречаются как-то Ельцин и Путин.
Ельцин:
– Привет, ВВП!
Путин:
– Привет, ЕБН!
Что
характерно: стоило Борису Николаевичу оставить свой пост, поток «легенд» о нем мгновенно
иссяк. И это объяснимо – никому не интересно пинать труп (политический). С 2000
года центральной фигурой социальных анекдотов становится Путин, причем в
отличие от других значительных персонажей того времени (Чубайса, Березовского,
Жириновского и т.д.) образ ВВП редко скатывается в гротеск, – народ иногда
иронизирует по поводу его привычек и некоторых высказываний, но все еще
относится к нему бережно.
Главную
причину популярности ВВП можно выразить одной фразой: за него не было стыдно.
Мы привыкли краснеть за своих правителей: как забыть Хрущева, спящего на
премьере фильма Феллини, Брежнева, целующего в губы всех, кроме женщин,
косноязычного Горбачева, и Ельцина с граненым стаканом в дрожащей руке? На их
фоне Путин казался верхом адекватности, и, возможно, именно поэтому о нем
шутили осторожно – боялись сглазить. Я думаю, культ его личности проявился
именно в этом – в отсутствии издевательских насмешек в первые годы правления. В
анекдотах того времени обыгрываются скорее положительные качества:
немногословность, деловитость.
Путин заходит в бар:
– Буду краток. Буду крабов.
***
Из письма Путину: «Уважаемый ВВП! От
одной Вашей фразы поднялись на рынке акции такой крупной компании, как Юкос. Не
могли бы Вы сказать хоть слово моему мужу-импотенту?»
Впрочем,
образ его все-таки меняется со временем: если сначала он был джинном, иногда
голосом разума, то к концу первого президентского срока превращается в некое
подобие Штирлица – истории о нем все чаще преподносятся в виде несмешных, но
злободневных каламбуров.
Из интервью:
– Владимир Владимирович, вы следите за
созданием гражданского общества?
– Нет, что вы! Я ушел из разведки, и уже
давно ни за кем не слежу.
***
Американцы спрашивают: «Ху из мистер Путин?».
А мы отвечаем: «Мистер Путин из нот ху
из! Ё Буш из ху из! Андэстенд?»
И
лишь в середине 2000-х, когда Путин-политик уже успел оставить после себя целый
шлейф неоднозначных решений (процесс над Ходорковским, дело Березовского,
Гусинского, история с НТВ и «Медиа-мостом»), Путин-персонаж в умах людей
переживает новую метаморфозу. Объектом юмора все чаще становятся его жесткие
формулировки (например: «мочить в сортире!» – фраза, оброненная еще в конце
99-го). И если анекдоты, например, о Сталине всегда вертятся вокруг расстрелов,
то байки о Путине – вокруг арестов и запретов.
Сравним:
Сталин говорит Берии:
– У мэня сэгодня автамабыль заглох пасрэди
да-ароги.
Берия:
– Хорошо, я сообщу механикам.
– Нэт, лучше сразу расстрэлять!
– Кого – механиков?
– Зачэм мэхаников? Афтамабыль
расстрэлять!
А
вот современный вариант:
Путин с женой смотрит телевизор, хочет
переключить канал, но ничего не получается.
Жена:
– Батарейки сели.
Путин тянется телефону, набирает номер и
говорит:
– Господин прокурор, потрудитесь
объяснить, кто и почему без моего ведома посадил батарейки? И главное – по
какой статье?
Герои
разные, тема – одна. Здесь проявляется вариативность анекдотов, как характерная
черта фольклорных произведений вообще.
Неоправданная
жестокость («посадить», «замочить в сортире») и формальность демократии
становятся стержневыми темами анекдотов о Путине в середине нулевых. Народ
больше не видит в нем спасителя и защитника, и байки о президенте начинают
играть против него.
Из интервью с ВВП по поводу нового
гимна:
– Обязательно ли будет вставать при
исполнении гимна?
– У каждого будет свобода выбора. Кто не
захочет вставать, будет сидеть.
***
– Вы слышали, Путин приказал
правительству остановить инфляцию!
– Не совсем так. Он распорядился ее
задержать. И посадить.
***
ВВП подтвердил, что является сторонником
свободы слова. «Мы свободно словим их всех!» – пообещал президент.
***
Сегодня в Москве прошел традиционный
весенний субботник. ВВП собственноручно посадил несколько независимых издателей
газет и журналов.
Комментариев нет:
Отправить комментарий